12 января 1943-го года началась наступательная операция «И́скра» (с 12 по 30 января 1943 года) по прорыву блокады...

Глава из книги "Непокоренный Ленинград"


Положение Ленинграда к началу 1943 г. по сравнению с первой военной зимой улучшилось, однако город все еще находился в тяжелом положении. Отсутствие сухопутного сообщения со страной не давало возможности полностью удовлетворить насущные потребности войск и населения, продолжались артиллерийские обстрелы и бомбардировки с воздуха.

Верховное Главнокомандование решило провести операцию по прорыву блокады Ленинграда и тем самым серьезно улучшить положение города. Решающее значение для успешного проведения этой операции имел коренной перелом в ходе Великой Отечественной войны, начавшийся в связи с победами Красной Армии в Сталинградской битве. Противник стянул на юг свои стратегические резервы и не имел возможности усилить свои войска на северо-западе.

В начале декабря 1942 г. Ставка Верховного Главнокомандования утвердила план операции по прорыву блокады Ленинграда, зашифрованной под кодовым наименованием «Искра». Замысел операции состоял в том, чтобы встречными ударами двух фронтов — Ленинградского (командующий — генерал Л. А. Говоров, член Военного совета — А. А. Жданов, начальник штаба — генерал Д. Н. Гусев) и Волховского (командующий — генерал К. А. Мерецков, член Военного совета — Л. З. Мехлис, начальник штаба — генерал М. Н. Шарохин) — разгромить группировку противника в районе шлиссельбургско-синявинского выступа, соединиться южнее Ладожского озера и таким путем прорвать блокаду Ленинграда.

Для осуществления этой задачи были созданы две ударные группировки. Ударная группировка Ленинградского фронта состояла из войск 67-й армии под командованием генерала М. П. Духанова. Она должна была форсировать Неву, прорвать оборону немцев на участке Московская Дубровка—Шлиссельбург, разгромить оборонявшегося здесь противника, соединиться с войсками Волховского фронта и восстановить по суше связь Ленинграда с Большой землей.

Ударную группировку Волховского фронта составляла 2-я ударная армия под командованием генерала В. З. Романовского. 2-я ударная армия при содействии части сил 8-й армии должна была наступать на участке Гайтолово—Липки, разгромить противника в восточной части шлиссельбургско-синявинского выступа и соединиться с частями 67-й армии Ленинградского фронта.

В действиях по прорыву блокады предусматривалось участие артиллерии Балтийского флота. Для этой цели была создана специальная группировка морской артиллерии (около 100 орудий крупного калибра) в составе батарей железнодорожной артиллерии, стационарных батарей, орудий научно-испытательного морского артиллерийского полигона и артиллерии Отряда кораблей р. Невы.

Обеспечение операции с воздуха возлагалась на 13-ю воздушную армию Ленинградского фронта, 14-ю воздушную армию Волховского фронта и авиацию Балтийского флота. Всего для участия в операции по прорыву блокады привлекалось около 900 боевых самолетов.

Координировать действия фронтов и флота было поручено представителям Ставки Верховного Главнокомандования маршалам Советского Союза К. Е. Ворошилову и Г. К. Жукову.

Перед советскими войсками стояла очень трудная задача. Гитлеровское командование, считая шлиссельбургско-синявинский выступ (где расстояние между Ленинградским и Волховским фронтами составляло всего 12—16 км) самым уязвимым участком кольца блокады, за полтора года сильно его укрепило, особенно левый берег Невы. Вдоль него проходили две-три линии траншей, соединявшихся ходами сообщения с многочисленными дотами. Передний край обороны прикрывался густой сетью проволочных заграждений, минных полей и других препятствий. Каждый километр фронта простреливали 10—12 артиллерийских орудий, 12 станковых, 20—22 ручных пулемета, 75 автоматов. Даже замерзшая Нева, имевшая на участке прорыва ширину до 800 м, являлась трудно преодолимой преградой, так как на льду не было никаких укрытий и река просматривалась и простреливалась с занятого противником левого обрывистого берега, высота которого достигала 12 м. Все поселки, находившиеся в районе шлиссельбургско-синявинского выступа, были превращены врагом в сильные опорные пункты, связанные между собой траншеями.

Поэтому наступлению советских войск предшествовала длительная всесторонняя подготовка. Производилась тщательная разведка сил и огневых средств противника, в районе предстоящих боев сосредоточивались орудия и минометы, боеприпасы и продовольствие, медикаменты и пр.

В полосе наступления 67-й армии были сосредоточены 1873 орудия и миномета калибра 76 мм и крупнее, что составляло среднюю плотность на участке прорыва 144 орудия и миномета на 1 км фронта. Это вдвое превосходило плотность нашей артиллерии при контрнаступлении под Сталинградом. Еще более высокой была артиллерийская плотность в полосе наступления войск Волховского фронта, где на направлении главного удара она доходила до 180 орудий и минометов на 1 км фронта.651

В связи с тем что основная часть войск Ленинградского фронта находилась долгое время в обороне и не имела достаточного опыта ведения наступательных боев, командование придавало исключительное значение обучению войск приемам наступательных действий в лесу и способам штурма опорных пунктов и узлов сопротивления противника в условиях снежной зимы. Для этого на местности, близкой по рельефу к району предстоящих военных действий, были специально оборудованы учебные поля — городки, воспроизводившие укрепления и основные элементы обороны и инженерные заграждения врага. В этих городках и проводились учения различных воинских соединений.

Войска 67-й армии, которым предстояло форсировать Неву, настойчиво тренировались быстро преодолевать ледяное поле и крутые ледяные подъемы. В качестве реального водного пространства были выбраны Нева в районе Колонии Овцино и озера в тылу армии. Инженерные войска Ленинградского фронта под, командованием полковника Б. В. Бычевского много сделали в подготовке войск к наступлению.

Большая работа велась политорганами, партийными и комсомольскими организациями. Политорганы уделяли значительное внимание созданию полнокровных ротных и батарейных партийных и комсомольских организаций. Политический подъем личного состава соединений проявился в росте партийных и комсомольских рядов. За период подготовки операции численность партийных организаций частей и подразделений войск ударных группировок фронтов увеличилась в 4 раза.

Значительную помощь политорганам фронта оказывала Ленинградская партийная организация. На позиции к воинам обоих фронтов Ленинградский горком партии направлял делегации трудящихся города Ленина, которые рассказывали о стойкости и мужестве ленинградцев, их героическом и самоотверженном труде, о трудностях и лишениях, перенесенных ими, об их уверенности в победе Красной Армии. Все это вдохновляло воинов на борьбу с врагом, усиливало их желание скорее прорвать блокаду Ленинграда. Член Военного совета Ленинградского фронта секретарь Ленинградского горкома партии А. А. Кузнецов на период проведения операции по прорыву блокады был назначен членом Военного совета 2-й ударной армии Волховского фронта. Перед воинами выступали А. А. Жданов, А. А. Кузнецов, Я. Ф. Капустин, А. И. Маханов, П. С. Попков и др.

С другой стороны, многие представители воинских частей были направлены на заводы и фабрики Ленинграда, где на митингах заявляли о своей решимости быстрее вызволить город из кольца блокады.

За два-три дня до начала наступления во всех партийных и комсомольских организациях частей и подразделений состоялись партийно-комсомольские собрания с повесткой дня «Задачи коммунистов и комсомольцев в бою». Красноармейцы и командиры давали клятву выполнить свой долг. Воины 2-й ударной армии Волховского фронта, отвечая на призыв ленинградцев прорвать кольцо блокады, писали: «Наступил долгожданный час. Мы идем к тебе, многострадальный Ленинград... Мы будем идти вперед и только вперед. Среди нас не будет трусов и малодушных. Мы будем равняться по вашей доблести и мужеству, дорогие ленинградцы. Другого пути у нас пет. Смерть или победа! Мы клянемся тебе, Ленинград: только победа!»

Накануне наступления в воинских частях состоялись митинги, на которых были зачитаны обращения военных советов обоих фронтов. В обращении-приказе Военного совета Ленинградского фронта говорилось: «Войскам 67-й армии перейти в решительное наступление, разгромить противостоящую группировку противника и выйти на соединение с войсками Волховского фронта, идущими с боями к нам навстречу, и тем самым разбить осаду города Ленина...

Военный совет Ленинградского фронта твердо уверен, что войска 67-й армии с честью и умением выполнят свой долг перед Родиной.

Дерзайте в бою, равняйтесь только по передним, проявляйте инициативу, хитрость, сноровку!

Смерть немецким мерзавцам!

Слава храбрым и отважным воинам, не знающим страха в борьбе!

Смело в бой, товарищи! Помните: вам вверена жизнь и свобода Ленинграда! . .»

Всесторонняя боевая и политическая подготовка ударных группировок Ленинградского и Волховского фронтов, материальное и техническое оснащение, достигнутое при помощи всей страны, позволили создать общее превосходство сил на стороне наших войск и обеспечить их полную готовность к наступлению и прорыву блокады Ленинграда. К началу операции на участках прорыва советские войска превосходили противника по пехоте в 4,5 раза, по артиллерии — в 6—7, по танкам — в 10 и по самолетам — в 2 раза.

За несколько дней до начала боев командование 67-й и 2-й ударной армий на совместном заседании уточнили линию встреч войск обеих армий, решили вопрос об огневом воздействии по целям, расположенным на линии встречи, и др.

Важным обстоятельством являлась скрытность подготовки операции, что обеспечило ее внезапность для противника. «В этом сражении нам удалось достигнуть тактической внезапности, хотя противник знал, что мы готовимся прорвать блокаду, — писал Г. К. Жуков. — Он, возможно, предугадывал даже, где именно будут нанесены удары советских войск: сама конфигурация фронта об этом говорила. День за днем на предполагаемом участке прорыва немцы воздвигали все новые и новые оборонительные сооружения, стягивали сюда свои отборные части, еще и еще насыщали огневыми средствами узлы сопротивления, созданные более чем за шестнадцать месяцев блокады. Но когда именно, в какой день и час, какими силами мы начнем операцию, немецкое командование не знало».

Морозным утром 12 января в 9 ч 30 мин на позиции противника обрушились залпы более 4,5 тыс. орудий и минометов. Это началась артиллерийская подготовка наступления в полосах прорыва 67-й и 2-й ударной армий. Ленинградцы с надеждой и тревогой слушали доносившийся до них гул артиллерийской канонады, но никто из них еще не знал, что происходит. Тысячи артиллеристов отличились при выполнении этой и других задач. В период артиллерийской подготовки атаки в районе Марьина наводчик орудия 269-го стрелкового полка рядовой Д. С. Науменко, наводчик орудия 342-го стрелкового полка сержант В. А. Бабийчук, командир орудия 596-го истребительно-противотанкового артиллерийского полка старший сержант В. С. Пузиков и др. уничтожили по 2—3 деревоземляных огневых сооружения противника.657 Большое мастерство и отвагу показали бойцы 1-й батареи 91-го отдельного пулеметно-артиллерийского батальона 16-го укрепленного района под командованием старшего лейтенанта В. Е. Зубакова. Несмотря на сильный обстрел противника, артиллеристы этой батареи с открытой позиции и прямой наводкой уничтожили девять вражеских пулеметов вместе с прислугой, одно 75-миллиметровое орудие и два миномета.

Гитлеровцы не могли опомниться от мощного удара советской артиллерии. «Я до сих пор не могу забыть впечатления от губительного огня русских пушек, — говорил на допросе пленный солдат 170-й пехотной дивизии противника. — Как вспомню весь этот адский грохот и разрывы снарядов и мин, так снова и снова меня бросает в дрожь».

В 11 ч 50 мин началась общая атака. Ударные группировки с двух сторон устремились навстречу друг другу. С запада, прорывая оборону противника на участке от Московской Дубровки до Шлиссельбурга, навстречу волховчанам шла 67-я армия Ленинградского фронта.

С плацдарма в районе Московской Дубровки перешли в наступление полки 45-й гвардейской стрелковой дивизии под командованием Героя Советского Союза генерала А. А. Краснова. Левее ее шли части 268-й стрелковой дивизии полковника С. Н. Борщева. В центре полосы наступления в направлении д. Марьино удар наносила 136-я стрелковая дивизия под командованием генерала Н. П. Симоняка, ее бойцы пошли в атаку под звуки «Интернационала», который исполнял духовой оркестр. На Шлиссельбург наступала 86-я стрелковая дивизия под командованием Героя Советского Союза полковника В. А. Трубачева.

Вся Нева от Московской Дубровки до Шлиссельбурга заполнилась атакующими. Первыми вышли на лед реки штурмовые группы, в которых немало было моряков-балтийцев, н группы разграждения. Наступление было столь стремительно, что уже через 15—20 мин после начала атаки первые эшелоны овладели немецкой траншеей, проходившей вдоль левого берега Невы.

Наибольших успехов в первый день боев добились воины 136-й и 268-й стрелковых дивизий. Они продвинулись в глубину до 3 км. Части 45-й гвардейской стрелковой дивизии, наступавшие с плацдарма в районе Московской Дубровки, встретили особенно сильное сопротивление противника, ожидавшего здесь нашего главного удара. Однако воины 45-й дивизии на отдельных участках выбили врага из первой траншеи. 86-я стрелковая дивизия, наступавшая на Шлиссельбург, из-за сильного огня противника не смогла форсировать Неву. По приказу командующего 67-й армией части дивизии переправились через реку на участке 136-й дивизии.

12 января 1943 г. одновременно с войсками Ленинградского фронта начали наступление войска Волховского фронта. Особенно напряженными были бои за три наиболее укрепленных опорных пункта немецко-фашистских войск — д. Липки, Рабочий поселок № 8 и рощу «Круглая»,— где были сосредоточены самые отборные части противника, получившие приказ любой ценой удержать эти пункты.

В первый же день боев обе ударные группировки прорвали основные оборонительные рубежи противника и создали условия для уничтожения гарнизонов вражеских узлов сопротивления и для дальнейшего успешного развития наступления. 13 и 14 января войска обоих фронтов продолжали с боями продвигаться навстречу друг другу.

Гитлеровское командование, стремясь любой ценой удержать шлиссельбургско-синявинский выступ и воспрепятствовать соединению Ленинградского и Волховского фронтов, спешно вводило в бой новые и новые силы, подтягивало резервы с других участков фронта. Советское командование, чтобы развить достигнутый успех и нанести противнику решающее поражение, также ввело» в бой новые силы.

В течение 15 — 17 января войска Ленинградского и Волховского фронтов, преодолевая упорное сопротивление и яростные контратаки противника, нанося ему большие потери, продвигались вперед. Бои, развернувшиеся в эти дни, отличались большой ожесточенностью. Особенно упорными они были в самом Шлиссельбурге, куда 15 января ворвались части 86-й стрелковой дивизии 67-й армии. Гарнизон Шлиссельбурга имел приказ держаться до последнего солдата. Бои в городе велись за каждую улицу, каждый дом. Жестокие бои шли у Рабочих поселков № 1 и № 5, на рубеже, где предполагалось соединение войск Ленинградского и Волховского фронтов.

Советские воины, стремясь во что бы то ни стало выполнить поставленные перед ними задачи, проявляли массовый героизм. В первый же день наступления бессмертный подвиг в бою за д. Липки совершил старший лейтенант 533-го полка комсомолец Я. И. Богдан. Когда губительный огонь противника буквально прижал к земле наши наступавшие части, Я. И. Богдан пробрался к дзоту и закрыл своим телом амбразуру. Я. И. Богдан погиб, но боевая задача была выполнена. 13 января такой же подвиг на Ленинградском фронте совершил красноармеец Д. С. Молодцов.

Источник: Дзенискевич А. Р., Ковальчук В. М., Соболев Г. Л., Ц