15 сентября в Москве скончался почетный гражданин нашего города, один из создателей «Закона о ЗАТО» Валерий Николаевич Такоев, сообщили на официальной странице...

15 сентября в Москве скончался почетный гражданин нашего города, один из создателей «Закона о ЗАТО» Валерий Николаевич Такоев, сообщили на официальной странице администрации города Сарова – https://vk.com/sarov_adm. Приносим соболезнования родным и близким Валерия Николаевича.

Валерий Такоев в 1990 году был избран председателем городского Совета народных депутатов и занимал эту должность до роспуска советов в 1993 году. С 1994 по 2001 год возглавлял представительство Нижегородской области при Правительстве РФ, являясь заместителем губернатора Бориса Немцова, а затем – Ивана Склярова.

Кроме того, Валерий Николаевич способствовал возрождению православной жизни в Сарове. Он был непосредственным участником ряда исторических событий. В 1991 году произошло второе обретение мощей батюшки Серафима, их везли в Дивеево через крупные города страны. 31 июля 1991 года Саров впервые посетил Святейший Патриарх Алексий II, и его на Дальнюю пустынку сопровождали 30 тысяч горожан. Об этом Валерий Такоев рассказал в интервью газете «Православный Саров» в сентябре 2011 года, публикация была приурочена к 20-летию регистрации первого православного прихода в нашем городе…

В.Такоев: «Было справедливо дать Церкви возможность появиться здесь…»

Первые контакты с Церковью

Когда люди создавали объект и город, они понимали, что Саров – выдающееся место в истории нашей культуры и православия. Но в 1991 году мы уже жили (как считали власть предержащие) в стране победившего атеизма. Об этом нужно помнить, говоря о событиях того времени, когда общество преодолевало атеистические стереотипы.

Через городских активистов православного движения я познакомился с Николаем Васильевичем Кутеповым, архиепископом, а с 1991 года – митрополитом Нижегородским и Арзамасским. Этот человек стал нашим семейным другом. Он был старше меня, но сейчас я оцениваю его как близкого человека удивительно богатой души и глубины чувств. Он пришел на церковную кафедру не как школяр, прошедший все ступени карьерного роста. Николай Васильевич воевал, был стрелком из противотанкового ружья. Ему было очень трудно ходить и стоять, так как у него из-за обморожения передние части стоп были ампутированы. И я ему глубоко верил как человеку, многое испытавшему и очистившемуся в горниле страданий.

Наши контакты нравились далеко не всем, поэтому решение о его приезде в город принималось нелегко. Он смог въехать в Саров в конце сентября 1989 года, провел богослужение на Дальней пустынке, где был установлен деревянный крест.

Мы устроили интересную встречу в Доме ученых, куда пригласили как верующих, так и убежденных атеистов. Кажущаяся провинциальная скромность Николая Васильевича была обманчива. Он обладал обширными знаниями. Изъяснялся простым языком, но глубину вопросов понимал, может быть, лучше ученых. Это уловили большинство присутствующих. Даже противники религии проявили уважение к сединам архиерея.

Встреча с ним и застолье продолжились у меня дома. Присутствовали Алексей Кондрашенко, Владимир Карюк, Иван Сидоров и другие активисты православного прихода. Мы свободно беседовали обо всем. Здесь было одновременно задействовано два канала: официальный (я – как должностное лицо) и человеческий. Иначе Николай Васильевич мог бы усомниться в нашей искренности. Но он убедился, что мы в нем видим не противника, а человека, вместе с которым хотим наладить в городе жизнь по справедливости, но так, чтобы этот процесс протекал плавно и без стычек. Я придерживался точки зрения, что если наш город – центр православия в прошлом, то справедливо дать возможность Церкви появиться здесь. А если режимные условия или политика страны не позволяют восстановить монастырь, то приватная процедура посещения святынь вполне нормальна и по-человечески оправдана.

Не найдя полного взаимопонимания по этому вопросу во всех слоях городской власти, я встретился с министром Виталием Федоровичем Коноваловым и изложил ему свою точку зрения: будет лучше, если мы сами это предложим, чем потом, под давлением социальных процессов будем вынуждены принять такое решение, но уже возникнут какие-то противостояния в обществе. Министр меня понял, но сам принять решение затруднился, и я был вынужден обратиться в Секретариат ЦК КПСС. Надо сказать, что я далек от того, чтобы огульно охаивать партию. Я из нее не выходил и партбилета не рвал. Я глубоко убежден, что система, построенная ею, заслуживает уважения и изучения. Если бы мы многое учли из той жизни, то сегодня не падали бы самолеты и не разрушалась промышленность. В ЦК я нашел поддержку.

Организация торжеств

На наш город легла основная часть забот по организации дивеевских торжеств. Саровские строители помогли привести в порядок Свято-Троицкий собор в Дивееве. Для паломников поставили палаточный город. Позаботились даже о том, чтобы с помощью техники из воинской части прокопать глубокие траншеи, которые тысячи паломников могли бы использовать как отхожее место. Мы не знали, насколько велик будет стихийный наплыв народа. Опасались провокаций, вспышек инфекционных заболеваний, того, что огромные толпы вдруг направятся в Саров, и возникнут конфликты на периметре...

Я считал, что в Сарове должен быть какой-то объект, который смог бы освятить Святейший Патриарх во время визита. Это стало бы историческим событием для города. Николай Васильевич одобрил данное предложение, и мы обсудили с ним эскизы будущей часовни на кладбище. Проект часовни сделал архитектор Зейнур Мусин, строило УС-909. Она была возведена всего за месяц от чистого газона и до креста.

В то время мне стало известно, что известный скульптор Вячеслав Клыков – земляк преподобного Серафима, курянин. Я узнал, что он работает над памятником Серафиму Саровскому, предполагая установить его в Курске, но ему в этом отказали. Меня свели с Клыковым, а он был человек верующий. Я ему объяснил, что в настоящее время у нас нет денег на приобретение памятника, но мы бы очень хотели иметь его в Сарове. И если он подарит памятник городу, то останется в выигрыше, поскольку тот будет стоять в священном месте. Доставку и монтаж скульптуры мы берем на себя. Клыков согласился. Он приехал к нам в город, и я обещал ему предоставить под памятник любое место, которое он сам выберет. Мы осмотрели полтора десятка вариантов. А потом я рассказал ему про Дальнюю пустынку. Съездили туда, и Клыков сразу выбрал это место.

Общение с Патриархом

Николай Васильевич договорился о встрече, и мы вместе пришли к Святейшему Патриарху в Чистый переулок в Москве. Мы познакомились, и я предложил ему посетить Саров во время визита в Дивеево. Патриарх сказал: «Спасибо, я очень рад. Но у меня есть одна странная особенность. Я ведь один не езжу». Он имел в виду, что у него по протоколу есть несколько человек свиты. Предвидя это, я уже заранее договорился со всеми, от кого зависело принятие решения. Тогда я спросил: «Ваше Святейшество, Вы знаете автобус «Икарус»? – «Да, знаю». – «Вам хватит столько мест»? И я впервые увидел Святейшего столь удивленным и обрадованным.

Мы встречали Патриарха на пр. Мира, между бывшим спортивным магазином и бухгалтерией ВНИИЭФ. Как раз напротив того места, где дорога спускается к р. Сатис. Там некогда был мост, по которому в Саровскую пустынь приходили паломники. Это было очень символично. Мы решили, что гости пройдут пешком по территории монастыря. Возле здания театра (прим. – Ныне храм в честь прп. Серафима Саровского) сделали групповое фото. На нем – известные люди нашего города и института, а также видные деятели и иерархи Церкви, члены Священного Синода. В центре сидят рядышком Патриарх Московский и Всея Руси Алексий II и патриарх ядерного оружия Юлий Борисович Харитон. Уже за территорией монастыря гости сели в автобусы и доехали до камня, на котором молился Серафим Саровский. Оттуда они пошли пешком к Дальней пустынке в сопровождении тысяч горожан.

Это был рабочий день. Среди руководства не было никаких разговоров о том, чтобы отпускать людей с работы. Но у горожан был подъем, искреннее желание находиться там. Конечно, люди были разные, но все они ощущали себя участниками исторических событий. Это был естественный процесс, который показал, что души у нас еще не деревянные.

В этот день Святейший Патриарх освятил крест и камень-постамент будущего памятника на Дальней пустынке, а затем – часовню на кладбище. После этого был прием в бывшей монастырской трапезной. Я предложил рассадить гостей вперемешку с горожанами, через одного. И спустя минуту в зале стало шумно, все дружески общались. В центре трапезной стоял макет Саровского монастыря – подарок Патриарху. К концу трапезы мы вручили каждому гостю бутылку из-под шампанского, в которой находилась саровская земля (другой тары тогда не нашлось) и общую фотографию. Поскольку в то время обработка фотопленки и печать фотографий были долгим делом, наша оперативность приятно поразила гостей. Но я не могу простить себе то, что запретил фото- и видеосъемку этого мероприятия. Кстати, рюмка, из которой пил Патриарх, стоит у меня дома.

Святейший Патриарх еще не раз посещал наш город (прим. – В 1993, 1994, 1996, 2000, 2003, 2006 гг.). Я с ним общался, будучи председателем горсовета, и потом, работая в Москве. У нас обоих была закрытая кремлевская связь, так называемая «вертушка». Я всегда мог ему позвонить, если возникали какие-то вопросы по Нижегородской области или Сарову. Мы даже предлагали Святейшему сделать свою резиденцию в Сарове. Помню, как наши мордовские соседи просили устроить встречу с ним. И мы отправились в Темников и Санаксар. На развилке Темников-Жегалово нас поджидала толпа народа, в основном, женщин в платках. Патриарх к ним вышел и пообщался, люди были потрясены. Вообще приятно вспомнить, что наши контакты были не только в рамках официального регламента, но и чисто человеческими. Мы выезжали на Протяжку, прогуливаясь вдоль озера. А природа всегда располагает к душевному разговору…

Во время первого визита Святейшего Патриарха в Саров, мой кабинет находился на 4 этаже здания администрации, и я предложил охране, чтобы высокий гость поднялся туда пешком (вдруг лифт сломается). При этом я имел в виду совсем другую цель. И теперь мы можем говорить о том, что по этим лестницам ходил Святейший Патриарх Алексий II.

Беседовала М. Курякина, фото из приходского архива